Аудиозапись могут признать допустимым доказательством без проведения фоноскопической экспертизы по идентификации голосов лиц, между которыми состоялся разговор, если телефон, на который сделана запись, принадлежал осужденному (обвиняемому), а свидетель подтвердила факт телефонного разговора с осужденным (обвиняемым), при этом других оснований, которые бы указывали на непринадлежность этой записи как доказательства, не должно быть установлено судом.

Соответствующее положение содержится в постановлении КУС ВС от 28 января 2021 по делу № 182/523/16-к.

Обстоятельства дела

Мужчину признали виновным в том, что он убил человека. В ходе дела была обнаружена аудиозапись на телефоне, где человек сообщил другому лицу о том, что убил человека.

По приговору местного суда лицо осуждено по ч. 1 ст. 115 УК к наказанию в виде лишения свободы на срок 12 лет. Апелляционный суд приговор местного суда оставил без изменений.

Позиция ВС

ВС отмечает, что доводы кассационной жалобы защитника о недопустимости в качестве доказательства записи телефонного разговора, сделанного на диктофон мобильного телефона, поскольку стороной обвинения не было доказано подлинности голоса осужденного, по мнению коллегии судей, являются безосновательными и необоснованными.

Как усматривается из материалов уголовного производства, в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции была воспроизведена запись телефонного разговора, сделанного на диктофон мобильного телефона  осужденного, который он добровольно выдал после его задержания. Вместе с тем в ходе исследования указанного доказательства местным судом установлено, что мужчина во время разговора со свидетелем сообщил, что именно он убил потерпевшую. При этом сама свидетель в судебном заседании подтвердила обстоятельства телефонного разговора и его содержание.

Согласно приговору местный суд, учитывая указанные обстоятельства, пришел к выводу, что исследованное доказательство согласно нормам ст. 86 УПК является законным и допустимым с учетом того, что уже осужденный не отрицал, что  телефон принадлежит именно ему и он лично использовал программу для записи телефонного разговора на диктофон.

Вместе с тем местный суд опроверг доводы стороны защиты о подлинности голоса уже осужденного на аудиозаписи, ссылаясь на то, что ходатайство о назначении и проведении фоноскопической экспертизы по идентификации голосов лиц, между которыми состоялся разговор, стороной защиты заявлено не было. Телефон, на который сделана запись, принадлежит осужденному, а свидетель подтвердила факт телефонного разговора, во время которого последний лично сообщил ей, что убил потерпевшую. При этом оснований, которые бы указывали на непринадлежность этой записи как доказательства, судом первой инстанции не установлено. С позицией суда первой инстанции соглашается и коллегия судей.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here