Европейский суд по правам человека в решении по делу «Попов и другие против России» (жалоба 44560/11) указал, что потеря дома — самая крайняя форма вмешательства в право на уважение к жилищу. Любое лицо, подверженное риску вмешательства такого масштаба, в принципе должно иметь возможность пропорциональности меры, определенной независимым судом.

Принуждение взрослых женщин-заявительниц освободить свое жилье в здании общежития было сопряжено с вмешательством в их право на уважение их жилища.

Дело касалось следующих обстоятельств. В разные сроки в 1990-х годах служба безопасности Министерства финансов РФ, предоставила жилье в общежитии нескольким сотрудникам, которые позднее были зарегистрированы как проживающие в здании на временной основе. В 2001 году право оперативного управления в отношении здания общежития было передано в Федеральное казначейство.

В последующем, жены заявителей стали проживать вместе с мужьями в ведомственном жилье, родившиеся дети также проживали в этом общежитии даже не смотря на то, что некоторые из заявителей уволились из службы безопасности. Позднее мужья были зарегистрированы как проживающие в общежитии на постоянной основе. 

В 2007 году Казначейство возбудило судебное разбирательство против проживающих в общежитии жён, пытаясь выселить их из тех комнат, которые они занимали. Суд первой инстанции вынес решение о выселении заявительниц без предоставления им альтернативного жилья, поскольку:

  • здание было федеральным имуществом; 
  • общежития были предназначены для временного размещения людей в период их работы, службы или учебы;
  • жёны вселились в здание общежития, когда действовала предыдущая редакция Жилищного кодекса;
  • Министерство финансов никогда не выдавало никакого решения, предусматривающего предоставление женам проживать вместе с мужьями в этом общежитии;
  • не было заключено договоров аренды с мужьями в отношении помещений, которые они занимали.

Принимая во внимание вышесказанное, районный суд пришел к выводу о том, что статьи 53 и 54 старого Жилищного кодекса и статьи 69 и 70 нового Жилищного кодекса, которые разрешали арендаторам в соответствии с соглашением о социальном найме заселять членов своих семей, были неприменимые к женам, а поэтому они должны были быть выселены из занимаемого жилья без предоставления альтернативного жилья. Местный суд отметил, что жены заявителей были зарегистрированы как проживающие в различных регионах России и Республики Молдова, где они сохранили право на проживание в жилых помещениях.

Данное решение отменено не было, однако начатое исполнительное производство было завершено на том основании, что невозможно было обеспечить исполнение исполнительного листа.

В 2009 году Казначейство инициировало новое судебное разбирательство о выселении женщин. Местные власти, которые были привлечены в качестве третьих лиц, были против выселения, утверждая, что несовершеннолетние дети были зарегистрированы  в здании общежития и жили там со своими семьями. Семейный кодекс предусматривает, что родители имеют равные права, обязанности и ответственность в воспитании своего ребенка, и поэтому выселение матерей затруднит выполнение родительских обязанностей. Местные власти обратились в районный суд с просьбой учесть интересы несовершеннолетних заявителей при принятии решения и отклонить требования о выселении. Не смотря на это, районный суд вынес решение о выселении женщин

Рассмотрев данное дело, ЕСПЧ указал, что принуждение взрослых женщин-заявительниц освободить свое жилье в здании общежития было сопряжено с вмешательством в их право на уважение их жилища. Суд признал, что вмешательство имело правовую основу во внутреннем законодательстве и преследовало законную цель защиты прав других лиц, проживающих в здании общежития. Поэтому главный вопрос заключается в том, является ли вмешательство пропорциональным преследуемой цели и, следовательно, «необходимым в демократическом обществе».

«Потеря дома — самая крайняя форма вмешательства в право на уважение к жилищу. Любое лицо, подверженное риску вмешательства такого масштаба, в принципе должно иметь возможность пропорциональности меры, определенной независимым судом, в свете соответствующих принципов согласно статье 8 Конвенции, несмотря на то, что согласно внутреннему законодательству его право проживания подошло к концу».

ЕСПЧ отметил, что лица, чье предполагаемое право на вселение в общежитие защищало государство, недостаточно индивидуализированы, чтобы позволить их личным обстоятельствам быть сбалансированными с теми, что были у женщин-заявительниц. Таким образом, единственными заинтересованными сторонами было само Казначейство, которое хотело вернуть в свою собственность помещения из незаконного владения.

При принятии решения о выселении жён национальные суды учитывали, что они незаконно занимали помещения в общежитии, что они были зарегистрированы как проживающие в других местах и ​​сохранили право пользования другим жильем, и самостоятельно могли решить, с каким родителей будут жить их несовершеннолетние дети. 

Хотя тот факт, что эти заявители создали свой дом в здании общежития без законных оснований, а также наличия альтернативного жилья, и имеет значение для оценки соразмерности их выселения, Суд счёл, что национальные суды не придали достаточного веса особым обстоятельствам заявителей:

  • выселение жен было заявлено, в то время как их мужьям и несовершеннолетним детям было разрешено остаться в жилых помещениях. В частности, в материалах дела указывалось, что каждая семья занимает комнату и что в случае выселения взрослых жен их мужья и дети будут по-прежнему занимать одно и то же помещение на семью;
  • Казначейство не требовало в национальных судах, чтобы эти комнаты были выделены кому-то другому, или чтобы третьи лица могли быть заселены на освобождённое, созданное путем выселения, место.

В таких обстоятельствах Суд считает, что национальные суды не смогли сбалансировать конкурирующие права и, следовательно, определить соразмерность вмешательства в отношении права взрослых женщин-заявителей на уважение их жилища. 

Исходя из этого, Суд постановил единогласно, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции в связи с нарушением права взрослых женщин-заявителей на уважение их жилища, а потому Российская Федерация обязана будет выплатить каждой из четырёх жен  по 7 500 евро в качестве компенсации морального вреда и по 1 000 евро — компенсации расходов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here