Европейский суд по правам человека постановил, что заявители, которые утверждали, что были лишены своего права доступа к суду, не пострадали после того, как Бельгия отказалась рассматривать их деликтное дело против Святейшего Престола.

Граждане Бельгии, Франции и Нидерландов утверждали, что они стали жертвами сексуального насилия со стороны католических священников, когда они были детьми.

В этом деле поднимался вопрос об иммунитете Святейшего Престола от юрисдикции национальных судов. Он касался иска о компенсации, поданного 24 заявителями против Святейшего Престола и против ряда лидеров католической церкви Бельгии и католических ассоциаций, утверждая, что ущерб был причинен поскольку государство недостаточно боролось с проблемой сексуального насилия в церкви.

Поскольку бельгийские суды установили, что они не обладают юрисдикцией в отношении Святейшего Престола, заявители утверждали, что они были лишены доступа к суду и полагались на § 1 статьи 6 в ЕСПЧ.

Суд постановил, что прекращение разбирательства бельгийскими судами в деле об юрисдикции для рассмотрения деликтного дела не отошло от общепризнанных принципов международного права в вопросах государственного иммунитета, и поэтому ограничение права на доступ к суду не может рассматриваться как несоразмерное преследуемым законным целям.

В октябре 2013 года Гентский суд первой инстанции отказался от юрисдикции. В феврале 2016 года Апелляционный суд Гента оставил это решение в силе. Он установил, что у него нет достаточной юрисдикционной основы для вынесения решения по иску истцов из-за иммунитета Святейшего Престола от судебного разбирательства. Он также заявил, что признание Бельгией Святого Престола в качестве иностранного суверена с теми же правами и обязанностями, что и государство, было окончательно установлено.

ЕСПЧ не нашел ничего необоснованного или произвольного в подобном обосновании, которое побудило Апелляционный суд прийти к такому выводу. Он указал, что ранее он сам охарактеризовал соглашения между Святейшим Престолом и другими государствами как международные договоры.

Поэтому не было никакого нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here